Вторник , 18 Июнь 2019
Home / Общество / Штормовое в Краснодаре: город застыл в восьмибалльных пробках

Штормовое в Краснодаре: город застыл в восьмибалльных пробках




Предложенный Российской академией образования (РАО) углубленный курс «Православной культуры», рассчитанный на преподавание с 1-й по 11-й класс, стал не самым приятным сюрпризом как для педагогического сообщества, так и для родителей. Больше всего вопросов возникло к объему и содержанию программы, явно выходящих за пределы ознакомительного факультатива. И, хотя в синодальном отделе религиозного образования РПЦ поспешили заявить, что в число обязательных предметов «Православная культура» не войдет, многие родители, да и педагоги, предпочли бы присовокупить эти часы (без малого 600) к основным или дополнительным предметам. Особенно актуальна такая прибавка была бы в выпускных классах. К тому же многие обоснованно опасаются, что «свобода выбора» будет сильно зависеть от мнения Минобразования и давления местных епархий, а следующим этапом станет перевод православного курса в список обязательных. Плюсы, минусы и возможные последствия интеграции религиозного образования в школьную программу «Лента.ру» обсудила с автором учебника по Основам православной культуры (ОПК) протодиаконом Андреем Кураевым. «Лента.ру»: О чем идет речь? Это уже готовая программа или только концепция? Кураев: В том документе из РАО, который попал в СМИ, говорится об авторах. Если они есть, значит, есть и программа. Даже некоторые темы названы. Но, кто эти люди, не говорится, была ли апробация программы, тоже неизвестно. Это все как-то очень и очень секретно. А есть ли вообще необходимость в расширении существующего курса или это только пожелание руководства РПЦ? Есть два факта. Первое: родители, педагоги и сами дети, которые в 4-м классе изучают ОПК, говорят, что этих 30 уроков им мало. Второй факт — общество и школа не готовы к такому проникновению православия в общее образование, которое предлагает этот проект. Он предполагает 592 урока. Это много или мало? 592 урока православия на одну детскую голову?! Получается где-то по полтора урока в неделю на протяжении 11 лет. Это означает, что православная культура становится главным предметом школьного образования. Сравнится с ним может только физкультура. Ни геометрия, ни химия, ни физика, ни история не преподаются в таких объемах. Каковы будут последствия такого проникновения? Это радикальный пересмотр концепции всего образования, его цели. Последние годы чиновники и педагоги нам твердят, что дети, грубо говоря, должны что-то уметь на выходе с урока. Поэтому любой разговор о том, что эти 600 часов школьники потратят на «экскурсии» и останутся сторонними наблюдателями за «туземцами» — носителями православной культуры, — весьма наивен. Если ставится задача религиозного воспитания в школах, то скажите о ней честно. Давайте перепишем тогда конституцию страны и ряд законов, которые говорят о светском характере государства и образования. Но ведь это лишь новый факультатив. Позвольте. Если этот курс столько часов на себя оттягивает, то за счет чего? В сутках же только 24 часа. Значит, другие какие-то компетенции должны будут атрофироваться у детей, что-то другое будет им меньше преподаваться или не будет вообще. Может быть, интеграция и возможна, но тогда по закону диалектики этот курс должен стать менее конфессиональным и религиозным, более светским. Это каким образом? Ряд тем, к примеру, можно взять из русского языка. О славянских корнях современных слов и так далее. Из литературы — какие-то сюжеты, где есть возможность говорить о православной жизни персонажей. Аналогичный подход к всемирной и национальной истории, к рисованию. Но для этого нужно пересмотреть не один предмет, не одну линейку учебников придется создавать, а все придется менять. А затем сделать это еще раз, чтобы были межпредметные связи уже в новом варианте, чтобы не было отсылов в пустоту. То есть это огромная работа, и отнюдь не десяти авторов и экспертов. Насколько реально принятие углубленного курса в ближайшее время? Здесь все непредсказуемо. Административная воля скорее за принятие, а вот сможет ли научная общественность сказать «стоп, давайте подумаем»? А как бы вы поступили? Я сторонник промежуточного варианта. Раз люди хотят больше разговора на православную тему в школах, то можно сделать курс спиральным, то есть изучать его по одному классу в начальной, средней и старших школе. К примеру, в 4-м, 7-м и 10-м классах. А содержание? Я думаю, что это должен быть курс в интонации: «наш взгляд на ваши проблемы». Идти к школьникам ни с тем, чтобы рассказать, что там сделал Содом со своей Гоморою. Детям в общем-то фиолетово до формулы православной Пасхи и строгости Великого поста. А вот попробовать эти часы использовать для того, чтобы объяснить, как с религиозной точки зрения можно увидеть проблемы, которыми живут эти дети: самоидентификация, взаимодействие со сверстниками, родителями. Рассмотреть проблему наркотиков, пробуждающейся сексуальности, ответственность за сексуальное поведение. Есть огромное количество тем, о которых интересно говорить, но с установкой не понуждения, а дарения. Вас бы в каждый класс… А как обстоят дела с кадрами в реальности? Сколько педагогов способны интересно подавать новую, заведомо незнакомую информацию? В большинстве классов будет царить скука, которая потом обернется против самой церкви. Перспективу появления нового школьного курса «Лента.ру» попросила прокомментировать заслуженного учителя России, академика и члена учебно-методического объединения РАО Евгения Ямбурга. Во-первых, все не так страшно, как кажется. Никакого решение пока не принято. Программа была разработана, и Российская академия образования должна назначить экспертов. Но никаких приказов по этому поводу не было. Программу можно разработать любую, но это еще не означает, что ее примут. Так что не надо гнать волну и рвать на себе волосы. Но проблема действительно существует, и серьезная. Я понимаю, когда люди хотят дойти до корней своей культуры, изучая религию. Это нормально. Если шкала ценностей не опирается на святыни — это худо. В этом смысле ХХ век показал, что светская мораль рушится. Но дальше начинаются вопросы. Жизнь имеет две функции: одна из них — восстановление контакта с собственной глубиной, а другая — это проблема определения идентичности. Сегодня нас уже нет в том качестве новой исторической общности людей — советский народ. А кто мы есть? Кто мы такие? Мы русские, евреи, татары… Но когда способом идентификации становится религия, тут возникают огромные опасности. Потому что легче всего объединить людей, поставив вопрос: «Против кого мы дружим?» Мы же должны искать не то, что противопоставляет людей друг другу, а то, что их объединяет. Для меня христианство, буддизм и ислам — это разные команды альпинистов, которые поднимаются на одну гору с разных сторон. В школе нельзя разгонять людей по национально-религиозным квартирам. Не надо путать духовность и клерикализм, веру отцов и вражду друг к другу. А у нас все в голове смешалось. Ни одна мировая религия не учит злу, потому что на самой большой глубине они сплетаются корнями. Было бы идеальным, если бы христианский мальчик имел представление об исламе как о религии смирения. Не уничтожения неверных, а уничтожения греха в себе. Если бы исламский мальчик знал основы православия. Мне кажется, курс «Мировые религии» оптимален. Школа должна быть светской — это техника безопасности государства в многонациональной и поликонфессиональной стране. Но быть светской не значит быть агрессивно атеистической. Как только мы пытаемся превратить религию в идеологию — это рождает агрессию, а ее хватает и без нас. Было политическое решение ввести такие уроки для 4-го класса. Я считаю это ошибкой. И мы пытаемся исправить ее, создавая совместные уроки, где каждый ребенок рассказывает о своей религии. Делать курс православия обязательным или безальтернативным нельзя. Это приведет к фальши, к цинизму. Царская Россия это уже пережила. Такого количества революционеров, ниспровергателей, как было по происхождению из духовенства, не было никогда прежде. Взять того же Сталина. Люди имеют право предложить свой курс, эксперты должны его оценить, но я считаю, что в мультиконфессиональной стране такой подход к образованию опасен. Всемирно известные корпорации, среди которых такие, как Unilever, Nestle, Kellogg и Procter & Gamble, используют в своем производстве пальмовое масло с плантаций в Индонезии, где эксплуатируют детский труд. Об этом говорится в отчете Amnesty International, размещенном на официальном сайте организации. В ходе расследования Amnesty International опросила 120 работников азиатской компании Wilmar, являющейся поставщиком вышеупомянутых компаний и занимающейся производством пальмового масла. Выяснилось, что многие из опрошенных работали сверхурочно, получая при этом низкую заработную плату. В производстве использовался детский и принудительный труд, а условия труда часто были небезопасными для здоровья работников. «Компании закрывают глаза на эксплуатацию рабочей силы в цепочке своих поставок и продолжают получать прибыль от чудовищных нарушений», — заявила исследователь Amnesty International Мегна Абрахам. В ответ на публикацию отчета в Wilmar признали, что в сфере изготовления пальмового масла, действительно, существуют проблемы, относящиеся к соблюдению норм труда, и чтобы их решить необходимо взаимодействие государства, бизнеса и организаций гражданского общества. Компании, которых Amnesty International обвинила в неразборчивости региональных поставщиков, либо отрицали результаты расследования организации, либо заявили, что начнут проверки. Индонезия — один из крупнейших производителей пальмового масла, которое широко используется в изготовлении многих продуктов. В Индонезии действует строгое трудовое законодательство, которое устанавливает уголовную ответственность за большинство нарушений, однако эти законы плохо соблюдаются, отметила Amnesty International. Кубанская столица из-за снегопада стоит в многокилометровых пробках. Средняя скорость движения автотранспорта на ряде основных артерий города не превышает 5 км/ч. Согласно данным сервиса «Яндекс. Пробки», по состоянию на 9:00 30 ноября большое количество машин скопилось на Тургеневском и Ростовском шоссе, улицах Московская, Российская, Северная, Дзержинского, передает корреспондент ИА REGNUM. А вот аварии произошли совсем в других местах. Всего сообщается о шести дорожно-транспортных происшествиях на улицах Кузнечная, Новороссийская и Московская. Непогода накрыла город еще накануне вечером. Из-за снегопада были отменены рейсы из аэропорта Краснодара. Ночью на дороги краевого центра вышла спецтехника — 26 машин. Магистральные улицы и путепроводы обработали песко-соляной смесью. Как сообщили в пресс-службе мэрии кубанской столицы, в Краснодаре в связи со штормовым предупреждением специалисты работают в усиленном режиме. Снегопад стал и причиной локальных отключений электрической энергии, которые были зафиксированы в городе. На утро 30 ноября электроснабжение кубанской столицы стабильно, за исключением локальных участков хутора Ленина и Пашковского жилого района. Здесь последствия аварий устраняются энергетики. Они также работают в усиленном режиме. По информации краевого гидрометеоцентра, в течение дня 30 ноября в краевом центре продолжится выпадение осадков в виде мокрого снега. К вечеру ожидается понижение температуры до минус 3 градусов. По краю ожидаются сильные осадки в виде дождя, мокрого снега, снега, налипание мокрого снега, гололед, усиление ветра и понижение температуры воздуха. В горах местами сильный снег, налипание мокрого снега.

Советуем посмотреть

СПЧ предложил расширить проект о частичной декриминализации статьи 282 УК

МОСКВА, 5 дек — РИА Новости. Совет по правам человека при президенте России предлагает уточнить и расширить законопроект о частичной …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.